Array
(
    [0] => stdClass Object
        (
            [name] => Главная
            [link] => /index.php?lang=ru
        )

    [1] => stdClass Object
        (
            [name] => Главная
            [link] => /index.php?lang=ru
        )

    [2] => stdClass Object
        (
            [name] => Виртуальные выставки
            [link] => /index.php?option=com_content&view=category&id=19&Itemid=523&lang=ru
        )

    [3] => stdClass Object
        (
            [name] => Метаморфозы личности в художественной литературе
            [link] => 
        )

)

Виртуальные выставки

Метаморфозы личности в художественной литературе

Метаморфозы личности в художественной литературеВ волшебной стране литературы мы встречаем самых разных героев, которые помогают нам понять, что значит быть личностью. Они наделены уникальными чертами характера, страстями, мечтами, силой воли и слабостями. Они показывают, как сражаться со своими внутренними демонами, преодолевать испытания судьбы и расти как личность.

Жизнь – это череда метаморфоз. Она всегда меняется, всегда трансформируется. Иногда за изменениями следуют положительные результаты, но, с другой стороны, метаморфоза может привести к повреждению или страданию. Но, разумеется, концепция метаморфозы также может быть связана с чудесным, но нереалистичным миром магии и колдовства. Метаморфоза может означать быстрое превращение одного объекта в другой или явное или даже дегенеративное изменение внешнего вида, личности, состояния или функции. Понятие метаморфозы обычно используется в литературных произведениях для описания экстремальных изменений характера или формы. Сегодня в «Энциклопедии мифологии» даны следующие определения: во-первых, метаморфоза – это превращение, претворение одних созданий или объектов в другие. Второе – одна форма преобразуется, переходит в иную и приобретает новый внешний вид и функции. И, наконец, третье – необыкновенные, мистические перемены в чем-либо, значительные преобразования. Исследования, посвящённые мифологическим истокам сюжета, построенного на метаморфозах, на данный момент достаточно многочисленны и берут своё начало в работах А.Н. Веселовского, О.М. Фрейденберг, В.Я. Проппа, Е.М. Мелетинского, В.В. Иванова, В.Н. Топорова, М.М. Бахтина. В 21 веке проблема метаморфозы в постмодернистском тексте разрабатывается А.В. Касьяновой, А. Генисом, М.К. Мамардашвили и др. Научная проблема исследования состоит в необходимости изучения феномена метаморфозы, который в 21 веке стремительно трансформируется, сочетая в себе мифологические черты и более поздние переработки сюжетов, отражая тем самым процессы осмысления человеком окружающей действительности.

Связь мифического сознания с метаморфозами проявляется в том, что мифы часто изображают изменения, превращения и трансформации. Метаморфозы, или превращения, являются ключевым элементом мифологических рассказов и символизируют изменение, рост, переход от одного состояния к другому: «Она представляет собой чисто внутреннее, интуитивное, чисто мистическое познание сущего, его скрытых глубин, которые могут быть постигнуты не посредством сведения к логическим понятиям и определениям, а только в символе, в образе посредством силы воображения и внутренней жизненной подвижности», писал А. Ф. Лосев в статье «Русская философия» (1919). Задолго до того, как метаморфоза в качестве понятия получила собственно биологическое наполнение, античная мифология объясняла мир исходя из представления о метаморфозах. Способность к ним считалась свойством богов. Именно они совершали метаморфозы, посредством которых Овидий описал всю предшествующую ему историю, начиная с космогонии и кончая появлением звезды Юлия Цезаря. В таком широком контексте представление о метаморфозах ограничивалось по преимуществу трансформациями с пограничья антропоморфный – растительный, зооморфный; телесный, живой – окаменевший. Вместе с тем в мифологизированном сознании и традиционной культуре распространилось представление об оборотничестве. Оно не свойственно метаморфозам культуры последующих эпох, которые, в отличие от мифологических превращений, всегда необратимы, хотя могут бесконечно продолжаться. Выставка посвящена метаморфозам личности в художественной литературе.


Метаморфозы личности в художественной литературе

1. Андахази, Федерико.
Милосердные = Las Piadosas : [роман] / Федерико Андахази ; [пер. с исп. М. Смирновой]. - Москва : Махаон, 2003. - 216, [3] с. ; 21 см. - (Современная классика) - (Шифр 84/А650-299896)
Экземпляры: всего:2 - ЦРиПЧ(2)

Джон Полидори, секретарь лорда Байрона, приплывает вместе со своим господином и его друзьями – четой Шелли – на некий остров. Вскоре Полидори начинает получать странные письма от незнакомки, утверждавшей, что она давно ждала его приезда. Выясняется, что она – одна из трех сестер близнецов, но если ее сестры красавицы и светские львицы, то она – самый настоящий монстр и в прямом, и в переносном смысле слова. Сестры поддерживают едва теплящуюся в ней жизнь весьма оригинальным способом... Как именно? Вот тут то и начинает приоткрываться жуткая тайна...

Метаморфозы личности в художественной литературе

2. Андахази, Федерико.
Фламандский секрет : роман : пер. с исп. / Ф. Андахази. - М. : АСТ ; М. : НПП "Ермак", 2004. - 237 с. - (Bestseller). - (Шифр худ./А650-976274)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

На что готов пойти парфюмер, чтобы получить самый совершенный в мире аромат? Перед каким преступлением не остановится коллекционер бабочек? В потаенный мир этих безумцев читателя провели Патрик Зюскинд и Джон Фаулз в своих романах, что характерно, названных «Парфюмер» и «Коллекционер». Во «Фламандском секрете» Федерико Андахази, можно сказать, продолжил эту традицию и погрузился в мир средневековой живописи. Но полотна его картины эпохи Возрождения наполнены не мирными сюжетами из древних мифов, а таинственными и кровавыми поисками загадки цвета и драгоценного масла, которое способно вдохнуть жизнь в любую краску. И обезображенный труп любимого ученика великого флорентийского живописца становится лишь первым звеном в цепочке жестоких смертей...

Метаморфозы личности в художественной литературе

3. Андреев, Леонид Николаевич.
Дневник Сатаны : романы / Л. Н. Андреев. - М. : ЭКСМО, 2006. - 636[4] с. - (Русская классика ХХ века). - (Шифр худ./А655-846901)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

"Дневник Сатаны" - последнее произведение Андреева. Сатана в облике человека отправляется в мир людей - и оказывается, что этот мир настолько погряз в грехах и преуспел в делах преступных, что далеко обогнал самого дьявола. Посланец преисподней, некогда вызывавший страх у людей, теперь выглядит наивным и жалким. "Дневник Сатаны" - это "книга итогов" творчества Андреева, книга философская, мрачная и, увы, актуальная до сих пор.

Метаморфозы личности в художественной литературе

4. Апулей
Метаморфозы, или Золотой осел. / Апулей. - М. : АСТ, 2003. - 413 с. - (Книга на все времена). - (Шифр худ./А780-950278)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

В книге рассказывается о невероятных похождениях беспутного знатного римского юноши Луция, увлечённого женщинами и колдовством; повествование ведётся от его лица. Оказавшись в греческой области Фессалия, считавшейся в античности родиной магии и славившейся своими ведьмами, он решил испытать на себе местное чародейство. Он узнал, что Памфила, жена хозяина дома, в котором он квартирует, — ведьма. Её служанка Фотида спрятала его на чердаке, и на его глазах Памфила с помощью волшебных мазей обратилась в сову и улетела на свидание к возлюбленному. Фотида достаёт ему мазь, которая должна обратить его в птицу, но путает баночки, и вместо того, чтобы стать птицей, Луций превращается в осла. В обличье животного Луций попадает к различным хозяевам, претерпевает всякого рода унижения, в основном связанные с тяжёлым трудом, видит жизнь многих слоёв позднеантичного общества — от земледельцев и разбойников до жрецов Кибелы и богатых горожан, всюду наблюдая падение нравов. Изнурённый и доведённый до отчаяния Луций просит богов о помощи, и на его молитву откликается богиня Исида. По её указанию Луций съедает цветущие розы и снова превращается в человека. Отрёкшись от прежней порочной жизни, он проходит обряд посвящения и становится пастофором (жрецом Осириса и Исиды).

Метаморфозы личности в художественной литературе

5. Бальзак, Оноре де.
Неведомый шедевр ; Поиски Абсолюта : пер. с фр. / Оноре де Бальзак ; [отв. ред. Н. И. Балашов, авт. послесл., авт. примеч. Р. А. Резник]. - Москва : Наука, 1966. - 235, [1] с. - (Литературные памятники : ЛП). - (Шифр 84/Б211-892329217)
Экземпляры: всего:2 - ЦРиПЧ(2)

Это рассказ о единоборстве художника с природой; «никогда ещё интимнейшая тайна искусства, - писал Стефан Цвейг, - стремление к совершенству, не были с таким неистовством доведены до масштабов трагического». При высоком накале чувства «Неведомому шедевру» присущи аналитическая мысль и трезвая ирония. «Он многозначен и неисчерпаем; живое развитие искусства открывает всё новые грани в истории «величия и падения» героя».
Повесть Оноре де Бальзака "Неведомый шедевр" посвящена конфликту между правдой жизни и правдой искусства и рассказывает о всепоглощающем стремлении человека к творческому совершенству. Более десяти лет работает гениальный художник Френхофер над своей картиной, пытаясь создать на полотне с помощью красок живую женщину, но его увлеченность формой и желание подменить искусством реальность приводят к неожиданному финалу. В эту работу он вложил всё своё мастерство, все тайны искусства, которые ему якобы поведал гениальный Ян Госсарт (Мабюз). По жанру это сочинение Бальзака соотносится с характерной для литературы романтизма темой рассказов от тайнах творчества и мистических свойствах произведений изобразительного искусства. Примерами этого жанра могут служить «Церковь иезуитов» Э. Т. А. Гофмана, «Египетские ночи» А. С. Пушкина, «Портрет» Н. В. Гоголя, «Портрет Дориана Грея» Оскара Уайльда. Такая тема, в свою очередь, восходит к средневековым легендам об оживающих статуях и картинах, которые своей иллюзорностью подменяют своих создателей. Способность художника «раствориться» в своём произведении, со стороны кажущаяся чудачеством или даже сумасшествием, именуется в теории искусства идиосинкразией. «Неведомый шедевр» Бальзака Эмиль Золя считал образцовой и точной метафорической интерпретацией творчества и судьбы художника.

Метаморфозы личности в художественной литературе

6. Бальзак, Оноре де.
Шагреневая кожа : роман : пер. с фр. / О. де Бальзак ; [пер. Б. А. Грифцов]. - Фрунзе : Мектеп, 1983. - 254 с. : ил. - (Шифр худ./Б211-938282)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

«Шагреневую кожу» можно назвать одним из самых загадочных и увлекательных произведений «Человеческой комедии». Молодой бедный честолюбец Рафаэль де Валантен проигрался в казино и решил свести счеты с жизнью. Он бродил по городу, дожидаясь вечера, и забрел в антикварную лавку. Хозяин лавки, видя состояние юноши, предложил ему приобрести талисман - кусок шагреневой кожи с Соломоновой печатью. Надпись в переводе означала следующее: Обладая мною, ты будешь обладать всем, но жизнь твоя будет принадлежать мне. Так угодно богу. Желай - и желания твои будут исполнены. Но соразмеряй свои желания со своей жизнью. Она - здесь. При каждом желании я буду убывать, как твои дни… Могущественный талисман, способный исполнять желания, – но ценой жизни его обладателя… Что это – дар судьбы или проклятие? А вдруг ты станешь тем единственным, кому удастся перехитрить силы зла?

Метаморфозы личности в художественной литературе

7. Булгаков, Михаил Афанасьевич.
Мастер и Маргарита: роман / Михаил Булгаков. - Москва : АСТ, [2014]. - 446, [1] с. ; 21 см. - (Русская классика). - (Шифр 84/Б 90-337894)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

Это - самый загадочный из романов за всю историю отечественной литературы XX в. Это - роман, который почти официально называют "Евангелием от Сатаны". Это - "Мастер и Маргарита". Книга, которую можно читать и перечитывать десятки, сотни раз, но главное в которой всё равно понять невозможно. Итак, какие страницы "Мастера и Маргариты" надиктованы Силами Света? Какие - наоборот - писаны "со слов" Сил Тьмы? Пока что ЭТОГО не знает никто. Прочитайте. Может, вы узнаете ЭТО первыми? "Мастер и Маргарита" - бесспорно лучшее произведение Булгакова, в котором он подвел итог своим размышлениям о жизни и смерти, добре и зле, темном и светлом началах в человеке и истории.

Метаморфозы личности в художественной литературе

8. Булгаков, Михаил Афанасьевич.
Собачье сердце : повесть ; Ханский огонь : рассказ / М. А. Булгаков. - М. : Современник, 1989. - 110, [2] с. - (Шифр худ./Б907-184793)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

Первоначальным названием повести было "Собачье сердце. Чудовищная история". Но затем автор решил, что вторая часть только утяжеляет заголовок. В центре повествования - научный эксперимент, который проводит профессор Преображенский. Он пересаживает собаке человеческий гипофиз. Результаты превосходят все ожидания. За несколько дней собака превращается в человека. Это произведение стало откликом Булгакова на события, происходящие в стране. Научный эксперимент, который он изобразил, - яркая и точная картина пролетарской революции и ее последствий. В повести автор ставит перед читателем много важных вопросов. Как революция соотносится с эволюцией, какова природа новой власти и будущее интеллигенции? Но Булгаков не ограничивается только общеполитическими темами. Его также волнует проблема старой и новой морали и нравственности. Ему важно выяснить, какая из них человечнее. Помощник Преображенского, доктор Борменталь, называет того творцом, но сам автор явно придерживается другого мнения. Он не готов восхищаться профессором. Основная претензия заключается в том, что Преображенский посягнул на основные законы эволюции, примерил на себя роль Бога. Он создает человека своими руками, проводя, по сути, чудовищный эксперимент. Тут Булгаков делает отсылку к своему первоначальному заголовку. Стоит отметить, что именно как эксперимент Булгаков воспринимал все, что происходило тогда в стране. Причем эксперимент грандиозный по масштабам и в то же время опасный. Главное, в чем автор отказывает Преображенскому, - это в моральном праве творца. Ведь наделив доброго бездомного пса человеческими повадками, Преображенский сделал из Шарикова воплощение всего того ужасного, что было в людях. Имел ли профессор на это право? Этим вопросом можно охарактеризовать проблематику "Собачьего сердца" Булгакова.

Метаморфозы личности в художественной литературе

9. Вальгрен, Карл-Йоганн.
Личное дело игрока Рубашова : роман : пер. с швед. / К.-Й. Вальгрен. - М. : ОЛМА-ПРЕСС, 2005. - 573 с. - (Шифр худ./В160-107306)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

В Петербурге на рубеже XIX и XX веков живет Игрок – человек, одержимый и измученный демоном Игры. Николай Рубашов был рабом тотализаторов и ставок, фанатом карт. Роковой новогодней ночью 1900 года к его дому подъехал санный экипаж. Из него вышел странный гость, принявший вызов Рубашова на игру-дуэль, ставка в которой – жизнь. Но жизнь была не отнята. Наоборот, Николаю Рубашову была подарена жизнь вечная! В те времена в подпольных клубах Петербурга в русскую рулетку можно было выиграть целое состояние, и получивший бессмертие Рубашов делает крупные ставки… Любовь, деньги, богатство, внимание и милость императорской семьи, светские балы, сеансы столоверчения с августейшей семьей. Период благополучия омрачают лишь мрачные предсказания Распутина… Автор в очередной раз удивляет и покоряет своей безграничной фантазией. Его пессимизм не безнадежен, оптимизм – ироничен. Доктор Фауст ХХ века сталкивается с совсем иными проблемами, чем его литературный предшественник…

Метаморфозы личности в художественной литературе

10. Вальгрен, Карл-Йоганн.
Ясновидец : история удивительной любви : роман : пер. с швед. / К. -Й. Вальгрен. - М. : ОЛМА-ПРЕСС, 2005. - 511 с. - (Новый лит. Олимп). - (Шифр худ./В160-507861)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

Шведский писатель Карл-Йоганн Вальгрен – яркая звезда современной скандинавской литературы. Его произведения победно шествуют по Европе, покоряя читателей удивительными сюжетами, предвидеть и постичь ход которых невозможно до самого финала. Романы-загадки писателя сочетают реальность, мифологию, приключения, сновидения и даже невидимые движения души. Главный герой романа «Ясновидец» лишен от природы того, чем обладает каждый человек, но врожденные изъяны компенсируются уникальными способностями. Он стоит перед выбором – объявить людей носителями Зла и увлечь себя в безумие, либо выстроить собственный мир и прийти к согласию с окружающими. Он стоит на грани между Добром и Злом, между местью и прощением, убийством и жизнью… Он - ясновидец. В романе удачно соединились исторический сюжет, мистический флер, любовная линия, «готические» ужасы и тайны, тема уродства и «изгойства»… Автору удался размах повествования, когда в основную сюжетную канву, на которой вышита печальная история настоящей и поистине удивительной любви Красавицы и Чудовища, то и дело суровыми нитками вплетаются истории другие. Церковные детективы, как у Умберто Эко. Гипертекстовая мифология, как у Милорада Павича. Эпистолярные интриги, как у Шодерло де Лакло…

Метаморфозы личности в художественной литературе

11. Вулф, Вирджиния.
Орландо : роман / В. Вульф ; пер. с англ. Е. Суриц. - Санкт-Петербург : Азбука-классика, 2004. - 304 с. - (Шифр 84/В886-364873590)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

Эта книга о безжалостном времени, о неповторимости мгновения, о томительных странностях любви, о смерти и превратностях судьбы. В начале повествования главный герой, Орландо, – женственно красивый и поэтичный юноша, дальний родственник и фаворит английской королевы Елизаветы, ставший "утехой ее закатных дней"; затем – галантный кавалер при дворе Якова I, вовлеченный в бурный роман с обворожительной русской княжной "из рода Романовых", после разрыва с которой он уединяется в своем родовом замке и погружается в литературные занятия, выпекая трагедии, рыцарские романы, поэмы – "кое-что в стихах, иное в прозе; кое-что по-французски, иное по-итальянски, всё романтическое, всё длинное".

После встречи с желчным писакой Ником Грином Орландо понимает, что "за всё золото Перу не обрести ему сокровища одной-единственной чеканной строчки". Стремясь стряхнуть овладевшую им печаль, а заодно избавиться от назойливых приставаний румынской эрцгерцогини Гарриет Гризельды из Финстера Лархорна и Смок-оф-Блума (оказавшейся впоследствии эрцгерцогом Гарри), он отправляется послом в Константинополь. Казалось бы, все идет гладко, тем более что автор почти не снимает маски педантичного биографа, свято верящего в правду исторических документов и изо всех сил пытающегося вести рассказ в русле традиционного жизнеописания. Однако уже с самого начала трогательные старания повествователя "стоять на твердой, пусть и узкой, почве выверенных фактов" приходят в комическое противоречие с фантастичностью, гротескной ирреальностью описываемых событий. Так, в первой главе (исполненной поистине раблезианской энергии и мощи) как бы между прочим замечается, что величавый замок Орландо вмещал в себя "целый город, гудевший людьми, занятыми разными ремеслами", а с окрестных холмов открывался вид на всю Англию: в ясную погоду просматривались шпили Лондона, воды Ла-Манша и горы Уэльса. При описании же Великого Холода нам доверительно сообщатся, что загубленные морозом люди и звери чуть ли не на ходу превращались в ледяные изваяния, Темза промерзла на двадцать футов, а лед был так прозрачен, "что можно было разглядеть где застывшего дельфина, где форель", где баржу "затонувшую под неподъемным грузом яблок".

В третьей – "константинопольской" – главе фантастический сюжет достигает своего апогея. После пышных торжеств в честь пожалованного ему Карлом II герцогского титула и бурной ночи любовных утех с испанской танцовщицей Пепитой Орландо впадает в многодневную спячку (спасшую ему жизнь во время вспыхнувшего в Стамбуле мятежа и избиения "неверных") и просыпается… женщиной. Став, таким образом, не героем, а героиней "биографии", Орландо странствует с цыганским табором по Турции, возвращается в Англию времен королевы Анны и, плавно переходя из эпохи в эпоху, чудесным образом доживает до 1928 года (года написания книги). Доживает, не теряя ни внешней привлекательности, ни своего титула и наследного имения ни – самое главное – любви к литературе. Более того, при содействии Ника Грина, также благополучно прошедшего сквозь века и ставшего влиятельным критиком, Орландо добивается литературной славы и за свою поэму "Дуб" (которую она создавала на протяжении столетий) получает "мемориальную премию баронессы Бердетт-Кутс".

"Орландо" – это восхитительно-остроумный роман-розыгрыш, роман-мениппея (воспользуемся бахтинским термином), в котором царит карнавальный дух веселой относительности и лукавой выдумки, совмещающей фантастику и жизнеподобие, тасующей реалии разных эпох так, что они, наслаиваясь друг на друга, образуют забавные анахронизмы. Например, роковая любовь Орландо – княжна Маруся-Станисловска-Дагмар-Наташа-Лиана, прибывшая ко двору Якова I вместе с посольством "московитов", – откровенно не похожа на степенных русских боярынь допетровского времени: одетая в "шальвары", она виртуозно катается на коньках, бегло говорит по-французски и отличается весьма фривольным поведением (что более характерно для русских аристократок последующих эпох). А в четвертой главе мы видим, как в литературном клубе "Дерево Какао" запросто пьют кофе великие английские поэты Александр Поп (1688–1744) и Джон Драйден (1631–1700). Темы романа: Исследование изменчивости человеческой натуры, свободы от ограничений времени и пола, природа творчества и бессмертия.

Метаморфозы личности в художественной литературе

12. Гёте, Иоганн Вольфганг.
Фауст : трагедия : пер. с нем. / И. В. Гёте. - СПб. : Азбука-классика, 2005. - 528 с. - (Шифр худ./Г44-843298)
Экземпляры: всего:5 - ЦРиПЧ(5)

Нередко «Фауст» воспринимается как история о том, как главный герой, ученый, заключил сделку с нечистым духом. Однако из народной легенды с развлекательным сюжетом Иоганну Гёте удалось создать то, что Александр Пушкин назвал «величайшим созданием поэтического духа». Гёте сфокусировался на исключительной личности, запечатлел расцвет индивидуальности едва ли не впервые в художественной литературе. В основу своего произведения Гёте положил легенду об ученом докторе Фаусте, возникшую в Германии в XVI веке, о которой писатель узнал еще в детстве. Предание гласило, что Фауст занимался черной магией, вызывал духов, продал дьяволу душу, а за это посланец ада исполнял любые его желания. Фауст существовал на самом деле. Гёте же в корне изменил образ доктора. Из скучающего богоотступника он превратился в страдающую, ищущую и вдохновенную натуру, вобравшую в себя общечеловеческие черты. В речах Мефистофеля и Бога сталкиваются два противоположных мнения о человеке. Нечистый полагает, что человеческая жизнь — суета, не меняющая ничего ни в его существовании, ни в самом человеке. В словах Бога выражено убеждение, что поиски обязательно приведут к совершенствованию человека. Так считал сам Гёте. Для него было несомненно, что рост, возвышение, развитие составляет закон жизни, сущность человека. Для Господа в произведении этот спор даже не имеет смысла, так как Он заранее убежден в победе. Но Мефистофелю позволено совратить человека с пути искания истины не для того, чтобы доставить удовольствие черту, а потому, что так нужно для самого человека. Бог уверен в том, что положительные качества Фауста сильнее любых пошлых и дурных соблазнов. Таким образом, Фауст подвергается испытанию как представитель всего человеческого рода. Несмотря на проявленные порой слабости, Фауст всегда возвращается на избранный им путь искания истины и постижения жизни во всей ее полноте. Образ Фауста обретает полновесную человечность. Больше всего Мефистофель надеялся, что Фауст забудет о своих высоких стремлениях под влиянием любовного чувства. Этого не произошло, потому что трагическая любовь Фауста к набожной девушке Маргарите оказалась в итоге не только выше чувственных наслаждений, но и выше смерти. Фауст обретает смысл жизни в исканиях, в действии, в усилии. Он прошел через сомнения, лишения и страдания. Высшую мудрость герой обретает на исходе своей жизни. После смерти Фауста Мефистофель хочет утащить его душу в ад, но вмешиваются божественные силы и уносят ее на небо, где ей предстоит встреча с душой Маргариты. Его душу осеняет «божественная благодать». Смысл жизни, по Фаусту (и, конечно, по самому Гёте), — в стремлении человека осмыслить свое существование в мире. Человеческое существование — это факт, и все, что может и должен сделать человек, — это стремиться осмыслить его.

Метаморфозы личности в художественной литературе

13. Гоголь, Николай Васильевич.
Портрет / Повести / Н. В. Гоголь ; [сост., авт. коммент. В. А. Воропаев, худож. Б. Н. Юдкин]. - М. : Сов. Россия, 1986. - 364,[2] с. : ил. - (Шифр худ./Г585-335586)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

Традиционно повесть "Портрет" - одну из петербургских повестей Гоголя из сборника "Арабески" принято считать социально обличающим произведением, центральный образ которого – ростовщичество и зло, связанное с ним. По романтической традиции XIX века, зло в повести побеждает. Сюжет первой части построен вокруг молодого и перспективного художника Чарткова, который на последние свои деньги, не имея ни заработка, ни денег, чтобы заплатить за съемное жилье, покупает портрет какого-то старика со страшными глазами. Под рамой картины обнаруживается сверток с огромной сумой денег, и Чартков становится богат, а затем и знаменит, принимая заказы у столичного бомонда. Предсказуемо, сказочным образом доставшаяся ему слава и благополучие, не приносят художнику счастья, а толкает, напротив, к разрушению, духовному кризису и полному упадку. Причиной болезни и смерти художника становится одержимость злобной чертовщиной, которую таит в себе портрет. Во второй части читатель узнает историю картины: она принесла беды и несчастья всем, кто был с ней связан, а когда сын художника, написавшего старика-ростовщика собирается уничтожить злосчастный портрет, он исчезает, а значит, беды и несчастья будут только множиться.

Сюжет продажи души дьяволу возник ещё до «Фауста» Гёте и до ренессансных сказаний о Фаусте: он был распространён в средневековых житиях и позднейших новеллах. Самый известный вариант — история завистника Феофила, спасённого Богородицей после покаяния. До Гоголя сюжет ожившего портрета не раз использовал в своих новеллах немецкий сказочник Эрнст Гофман, а вот уже после гоголевского "Портрета" появилось множество произведений с похожими сюжетами: "Штосс" Лермонтова, "Таинственный портрет" Вашингтона Ирвинга, "Портрет Дориана Грея" Оскара Уайльда, и даже детский советский фильм "Волшебный портрет" Геннадия Васильева по сюжету китайского народного предания. Обобщающего произведения о магической силе портрета, как «Портрет Дориана Грея» Оскара Уайльда, русская литература не дала. Наверное, оптика Гоголя, видевшего в живописи застывшие — а значит, заворожённые — вещи, бытовую магию, а не просто быт, была уникальной в истории русской литературы.

Метаморфозы личности в художественной литературе

14. Гофман, Эрнст Теодор Амадей. (1776-1822).
Эликсиры сатаны : [роман] / Э. Т. А. Гофман ; пер., изд. подгот. Н. А. Славятинский, изд. подгот., отв. ред. Н. А. Жирмунская, изд. подгот. А. Г. Левинтон ; АН СССР. - Л. : Наука. Ленингр. отд-ние, 1984. - 286 с. : ил. - (Литературные памятники). - (Шифр 84/Г745-009060494)
Экземпляры: всего:3 - ЦРиПЧ(3)

Эрнст Теодор Амадей Гофман (1776–1822) – немецкий писатель, композитор, художник романтического направления. Свое художественное мировоззрение он выразил в длинном ряду бесподобных в своем роде фантастических повестей и сказок «Золотой горшок», «Крошка Цахес», «Щелкунчик», сатирическом романе «Житейские воззрения Кота Мура» и других. В них Гофман искусно «микширует» чудесные и фантастические явления всех веков и народов с личным вымыслом, то мрачно-болезненным, то грациозно-веселым и насмешливым. В данном издании представлен роман «Эликсиры сатаны», посвященный любимой для Гофмана теме – разрушительному действию «темной половины» человеческой личности. Причем вторжение зла в душу человека обуславливается как наследственными причинами, так и действием внешних, демонических сверхъестественных сил. Главное действующее лицо – монах Медард, случайно отведав таинственной жидкости из хрустального флакона, становится невольным носителем зла. Повествование, ведущееся от его лица, позволяет последовать по монастырским переходам и кельям, а затем по пестрому миру и испытать все, что перенес монах в жизни страшного, наводящего ужас, безумного и смехотворного…

Метаморфозы личности в художественной литературе

15. Грин, Александр Степанович.
Серый автомобиль / Собрание сочинений : в 6 т. / А. С. Грин ; под общ. ред. Вл. Россельса ; сост.: В. Ковский [и др.] ; худож. С. Бродский. - Москва : Правда, 1980. - (Библиотека "Огонек". Отечественная классика). - Т. 4 / ред. Е. И. Прохоров ; худож. А. И. Неровный. - 1980. - 477, [1] с. : ил. ; 21. (Шифр 84/Г 850-108679975)
Экземпляры: всего:4 - ЦРиПЧ(4)

«Серый автомобиль» — рассказ русского писателя, прозаика, поэта, представителя неоромантической школы Александра Грина (Александр Степанович Гриневский) (1880—1932). Написан и впервые опубликован в 1925 году в сборнике «На облачном берегу». По мнению критиков, это «один из самых загадочных рассказов Грина середины 20-х годов». В футуристической новелле «Серый автомобиль» Грин соотносит «мертвый», ложный мир с механическим движением и противопоставляет ее «живому», природному миру. Мертвая жизнь характерна для машин, которые представляются главному герою произведения живыми существами, обладающими сугубо материальной природой. Символами механистического «мертвого» мира в рассказе становятся огромный Серый автомобиль, повсюду преследующий Сиднея, и красавица-кукла Коррида Эль-Бассо, лишенная человеческой духовности. В понимании Грина основная опасность современной жизни заключается в искушении предпочесть легкость поверхностного существования трудностям осмысленного бытия, требующего постоянного душевного напряжения. По этому произведению снят хороший фильм - "Господин оформитель". Действие происходит в Петербурге начала ХХ века. Художник-оформитель Платон Андреевич ищет способ победить смерть и продлить человеческую жизнь в скульптурах и рисунках. Однажды он встречает смертельно больную красавицу Анну, и она становится моделью для его лучшей работы. Вскоре Анна умирает, но через несколько лет художник знакомится с Марией — ее точной копией. Платон Андреевич убежден, что Мария и есть ожившая статуя, которую он создал.

Метаморфозы личности в художественной литературе

16. Зюскинд, Патрик.
Парфюмер : история одного убийцы : роман / П. Зюскинд ; [пер. с нем. Э. В. Венгеровой]. - Санкт-Петербург : Издательский Дом "Азбука-классика", 2006. - 343, [2] с. - (azbooka - the best). - (Шифр 84.4Гем/З-98-477951)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

С самого детства Гренуй страдает от повышенной восприимчивости запахов, каким-то сверхъестественным образом не имея своего собственного. Весь его жизненный путь проходит в поисках запаха, в котором желал бы раствориться он сам. И он проходит настоящее становление дзен-буддиста для того чтобы отыскать его! В начале своего пути он просто коллекционирует самые разные запахи, пробуя их словно на вкус и откладывая в своей памяти. Потом он наконец находит источник того самого, из которого мог бы составить лучший на свете букет, достойный только божества. Учится извлекать, воровать и сохранять запахи. Удаляется от мира, чтобы остаться наедине со своими мыслями, в которых совершенствует столь желанный аромат одним гением своей уникальной восприимчивости. И наконец приступает к сбору букета, который давно сложился в его мыслях. У чего этот запах должен быть отнят — лепестка ли розы, человеческой жизни — настолько мало для него значит, что ни описать словами, ни выразить на экране просто невозможно… Для Гренуя не существует ни человеческой души, ни человеческого разума. Только запах, который он очистил от бессмысленной плоти, обессмертил, объединил в воплощение божества на земле, а после заключил в холодную тюрьму флакона для духов.

Метаморфозы личности в художественной литературе

17. Ионеско, Эжен.
Носорог : пьесы и рассказы : пер. с фр. / Э. Ионеско ; [худож. В. Меджибовский]. - М. : Текст, 1991. - 268, [2] с. : ил. - (Волшебный фонарь). - (Шифр худ./И755-447466)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

В книге собраны наиболее известные произведения знаменитого французского драматурга Эжена Ионеско, принесшие ему мировую славу. Как быстро человеческое сознание способно придать черты обыденности даже самому дикому и нелепому явлению? Как легко конформизм и гибкость общественной морали примиряется с тем, что видит снова и снова, – каким бы оно ни было? Внешне сюжет пьесы-притчи "Носорог" – произведения, которое многие критики считают у Ионеско программным, – незатейлив. Однако этот параболический сюжет – не более чем фон, на котором автор при помощи своего уникального драматургического языка создает полотно удивительной сатирической и интеллектуальной силы. Сюжет строится вокруг таинственного происшествия в небольшом городе, жители которого постепенно превращаются в носорогов. Сначала они ужасаются происходящему, а потом начинают воспринимать ситуацию как должное и даже находить в ней плюсы. Автор демонстрирует, как иррационально и абсурдно то, что изначально кажется логичным и правильным. Лишь один персонаж пьесы — главный герой Беранже — считает происходящее дикостью и не перестаёт быть собой. В пьесе показано, насколько труден путь того, кто не хочет быть, как все, но насколько верен и достоин может быть этот путь. В своих пьесах автор говорит о традиционных темах мировой литературы - о смерти, любви, одиночестве, грезе, однако говорится таким образом, что читатель и зритель задают себе вопрос: "Что такое наше существование и как возможно зло или, вернее, почему зло вмешивается в чудо существования?"

Метаморфозы личности в художественной литературе

18. Кафка, Франц.
Превращение : рассказы : [пер. с нем.] / Ф. Кафка ; [пер. С. Апт ; худож. А. А. Мартюков]. - Ужгород : Карпаты, 1990. - 111 с. - (Шифр худ./К305-397874)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

В центре внимания произведения — трансформация, которую переживает главный герой Грегор Замза, находящийся в определённом социальном статусе, испытывающий финансовые проблемы. «Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Замза обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое». История сразу же начинается со сцены трансформации. Писатель не указывает, что стало причиной превращения главного героя: изначально наблюдение за происходящим происходит глазами насекомого, однако воспоминания трактуются человеком. Повествование от лица насекомого помогает Грегору взглянуть на мир и на окружающих нечеловеческими глазами, абстрагироваться от людей. Превращение в насекомое — это лишь гипербола обычного человеческого состояния. Кафка как будто задаётся тем же вопросом, что и герой «Преступления и наказания» Ф.М. Достоевского: “вошь” ли человек или “право имеет. И отвечает: “вошь”. Более того: реализует метафору, превратив своего персонажа в насекомое. Превращением Грегора Замзы доведено до предела авторское ощущение трудности бытия. Человеку-насекомому непросто перевернуться со спины на ножки, пролезть в узкую дверную створку. Прихожая и кухня становятся для него почти недосягаемыми. Каждый его шаг и манёвр требует огромных усилий. Превращая человека в насекомое, автор выводит ещё одно неожиданное уравнение. Даже после того, что с ним случилось, Грегор продолжает мучиться прежними страхами — как бы не опоздать на поезд, не потерять работу, не просрочить платежи по семейным долгам. Человек-насекомое долго ещё беспокоится, как бы не прогневить управляющего фирмы, как бы не огорчить отца, мать, сестру. Его новое положение оказывается для Грегора едва ли не проще прежнего — когда он работал коммивояжёром, содержал своих родных. Свою печальную метаморфозу он воспринимает даже с некоторым облегчением: с него теперь “снята ответственность”. Грегор, ставший насекомым, понимает родных ему людей, старается быть деликатным, чувствует к ним, вопреки всему, “нежность и любовь”. А люди — даже не стараются его понять. В конце концов и семья объединяется в общей ненависти к уродцу, в общем желании избавиться от него. Человечность насекомого, животная агрессия людей — так привычные понятия превращаются в собственную противоположность. В рассказе о человеке-насекомом многое удивляет. Но ни разрыв логических связей, ни отсутствие мотивировки, ни пугающая странность гипербол, реализованных метафор, парадоксов — всё это не исчерпывает глубины кафкианского абсурда. Самое узнаваемое произведение Франца Кафки, наполненное одиночеством и безысходностью. Самоё название рассказа уже несёт в себе метафору. Под «Превращением» понимается не только физические модификации Грегора, но и изменение его внутреннего мира путём уничтожения всего человеческого, что было ему присуще.

Метаморфозы личности в художественной литературе

19. Киз, Дэниэл.
Цветы для Элджернона : роман : [16+] / Дэниель Киз ; пер. с анггл. С. Шарова. - Москва : Эксмо, 2021. - 316, [2] с.. - (Всемирная литература (с картинкой)). - (Шифр 84/К 385-029464660). Экземпляры: всего:3 - ЦРиПЧ(3)
"Цветы для Элджернона" Дэниела Киза входят в программу обязательного чтения в американских школах. Эта единственная история в жанре научной фантастики, автор которой был дважды награжден сначала за рассказ, а потом за роман с одним и тем же названием, героем, сюжетом. Тридцатитрехлетний Чарли Гордон – умственно отсталый. При этом у него есть работа, друзья и непреодолимое желание учиться. Он соглашается принять участие в опасном научном эксперименте в надежде стать умным… Эта фантастическая история обладает поразительной психологической силой и заставляет задуматься над общечеловеческими вопросами нравственности: имеем ли мы право ставить друг над другом эксперименты, к каким результатам это может привести и какую цену мы готовы заплатить за то, чтобы стать "самым умным". А одиноким? На вопросы, которые поднимали еще М. Булгаков в "Собачьем сердце" и Дж. Лондон в "Мартине Идене", Дэниел Киз дает свой однозначный ответ.

Метаморфозы личности в художественной литературе

20. Кинг, Стивен.
Томминокеры : роман : пер. с англ. / С.Кинг. - М. : АСТ, 1997. - 688 с. - (Шифр худ./К411-449723)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

…Что-то странное происходит в тихом провинциальном городке Хейвен, где живёт Роберта Андерсон. У каждого жителя открываются поразительные сверхъестественные способности, а сам городок превращается в смертельную ловушку для чужаков. Неужели причина всего этого — в таинственном металлическом объекте, погребенном в земле тысячелетия назад и случайно найденном Робертой? Неужели она и другие обитатели Хейвена заключили сделку с беспощадной и жестокой силой? Или Зло из далеких миров само нашло их — и теперь медленно, но верно завладевает их душами и телами?

Метаморфозы личности в художественной литературе

21. Лунц, Лев Натанович.
Исходящая № 37 // Российские фантасмагории : русская советская проза 20-30-х годов / [сост. Л. Скворцова ; авт. предисл. В. Е. Ковский]. - Москва : Автор, 1992. - 535 с. - (Шифр худ./Р763-719742)
Экземпляры: всего:2 - ЦРиПЧ(2)

Рассказ Льва Натановича Лунца (1901—1924), впервые опубликованный в 1922 году в журнале «Россия» (№ 1, август, под рубрикой «Гримасы революции»). Подзаголовок рассказа - «Дневник Заведующего Канцелярией». Автору этого дневника, служащего в Политпросвете, претит поведение его сослуживцев, нарушающих распорядок дня, регламент делопроизводства и правила поведения в учреждении. В поисках решения этих проблем он приходит к гениальной идее коренного преобразования самой личности граждан. Ему приходит мысль с помощью гипноза превращать людей в дефицитные предметы — в коров (для борьбы с молочным кризисом), в лошадей (для поддержки Автогужа), и, наконец, — в листы бумаги, которая была в большом дефиците. Когда в процессе эксперимента герой превратил себя в бумагу, зашедший к нему в кабинет инструктор взял листок со стола, предварительно проверив — достаточно ли мягкая… Вот такие вполне кафкианские сюжеты порождала советская действительность 1921 года.

Метаморфозы личности в художественной литературе

22. Льюис, Клайв Стейплз.
Хроники Нарнии : пер. с англ. / К. С. Льюис ; [худож. П. Бэйнс]. - М. : КАСКАД Фильм, 2007. - 863 с. : ил. - (Шифр худ./Л911-383608)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

Хроники Нарнии — цикл из семи фэнтезийных повестей, написанных Клайвом Стэйплзом Льюисом. В них рассказывается о приключениях детей в волшебной стране под названием Нарния, где животные могут разговаривать, магия никого не удивляет, а добро борется со злом.
В «Хрониках Нарнии» Юстас Скрабб превращается в дракона, а подстрекатель к войне Рабадаш — в осла. Превращение Юстаса не является наказанием в прямом смысле слова — оно просто раскрывает его эгоистичную натуру. После того как он раскаивается и его нравственная сущность меняется, он снова становится человеком. Рабадашу позволено вернуться в прежнее обличье при условии, что он сделает это в общественном месте, чтобы его бывшие последователи знали, что он был ослом. Его предупреждают, что, если он когда-нибудь снова покинет свою столицу, то навсегда превратится в осла, и это помешает ему вести дальнейшие военные кампании.

Метаморфозы личности в художественной литературе

23. Майринк, Густав.
Ангел Западного окна : роман : пер. с нем / Г. Майринк. - Москва : Ладомир, 2000. - 421 с. - (Шифр худ./М148-801254)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

"Ангел западного окна" – роман уникальный, воссоздающий универсум, хаотичный, завораживающий мир иллюзий и фантастических грез, роман о смерти человека и о бессмертии человеческого духа. Задуманный как итог всего творчества, последний роман мастера мистической прозы наполнен отзвуками созданных раннее текстов. Здесь есть и Прага, ставшая почти персонажем его произведений, и еврейское гетто, представленное, как в первом романе Майринка "Голем", моделью всего человечества. «Ангел Западного окна» — последний роман Майринка — представляет собой предполагаемую расшифровку записей придворного астролога королевы Елизаветы Английской Джона Ди. Как всегда в романах Майринка, ведётся напряжённый поиск оснований пути личности — истин, которые бы одновременно давали устойчивость и открывали простор движению вперед. В центре поисков — андрогин, объединяющий мужское и женское начало. По сравнению с предыдущими произведениями, количество религиозных, мистических, магических школ, участвующих в этой «алхимии духа», достигает максимума. Насыщенный подлинной колдовской символикой роман, в котором история великого елизаветинского алхимика и оккультиста Джона Ди и его ассистента и «злого гения» Эдварда Келли перемежается с историей «магической войны» и оккультных интриг, где герой – своеобразный духовный наследник и реинкарнация Ди – внезапно для себя оказывается на пике столкновения интересов сил Света и Тьмы.

Метаморфозы личности в художественной литературе

24. Майринк, Густав.
Голем : роман : пер. с нем. / Г. Майринк. - Санкт-Петербург : Азбука, 2000. - 330 с. - (Азбука-классика). - (Шифр худ./М148-986048)
Экземпляры: всего:2 - ЦРиПЧ(2)

Если Вы не боитесь испугаться, если Вы готовы бродить между явью и сном, если у вас хватит духа и воображения плутать по запутанному лабиринту авторского сознания, прочитайте этот мистический и магический роман. "Голем" — первый роман Майринка, имевший невероятный успех и принесший автору мировую славу. Произведение, в котором впервые появились образы, и нашли отражение темы, впоследствии сопровождавшие Майринка всю жизнь, — образ лунного света и таинственной "стены у последнего фонаря", темы сна, видения и двойничества. Туманная жизнь Атанасиуса Перната, больше похожая на вязкий сон, внезапно закручивается в диком вихре событий. Сперва в его квартиру врывается прекрасная молодая особа, спасающаяся от уродливого старьёвщика Вассертрума, шпионящего за её тайными любовными похождениями. Затем в еврейском гетто происходит убийство страхового агента Цоттмана. И в то же время по улицам гетто несётся молва, что снова объявился Голем. И, как и тридцать три года назад, это не предвещает ничего хорошего. Какую роль во всём этом играет скромный резчик по дереву, Атанасиус Пернат, который ничего не помнит о своей жизни до сумасшедшего дома?
Главный герой видит удивительный сон, в котором проживает целую жизнь своего двойника — антиквара Атанасиуса Перната. А может сам Пернат — не более чем человеческое воплощение персонажа одной из самых странных и загадочных легенд — глиняного Голема? Да и важно ли это, если, в сущности, вся наша жизнь — не более чем сон, длиной в десятилетия, а истинная жизнь начинается лишь там, за гранью лунного света, где люди и вещи — не то, чем кажутся…

Метаморфозы личности в художественной литературе

25. Манн, Томас.
Доктор Фаустус : роман : пер. с нем. / Т. Манн ; [пер.: Н. Ман, С. К. Апт]. - М. : АСТ ; М. : ЕрмАК, 2004. - 571, [5] с. - (Шифр худ./М235-544051)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

"Доктор Фаустус" - значительнейшее и масштабнейшее произведение Томаса Манна. Классическая история гения, продавшего душу дьяволу, вписанная в историю Германии переломной эпохи - первой четверти минувшего века. В романе описывается жизнь вымышленного персонажа, Адриана Леверкюна, с раннего детства до скоропостижной смерти. Леверкюн — музыкальное дарование, немец начала двадцатого столетия — преднамеренно строит свою жизнь в соответствии с мифическими мотивами, напоминающими немецкое средневековое моралите о Фаусте, продавшем себя Мефистофелю. В то время как Леверкюн, вдохновляемый демонами, приближается к своему судному дню, немецкое общество берёт политический курс на нацизм.

Метаморфозы личности в художественной литературе

26. Марсе, Хуан.
Двуликий любовник : роман : пер. с исп. / Х.Марсе. - М. : Иностранка ; М. : Б.С.Г.-ПРЕСС, 2001. - 231 с. - (Иллюминатор : Б-ка ж-ла "Иностр. лит."). - (Шифр худ./М288-985467).
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

Хуан Марсе – один из самых популярных писателей современной Испании – стал известен российскому читателю по книге «Двуликий любовник». Действие романа развивается на фоне уличной жизни космополитичной Барселоны. Трагическая любовь вынуждает Мареса, мечтателя и романтика, покинуть привычный мир, ставший для него безвыходным тупиком. Невинная игра с собственным зеркальным отражением приводит к грозным последствиям: Марес, захваченный стихией карнавала, полностью перевоплощается… Сам сюжет довольно прост - мужчину бросает любимая жена, пойманная с поличным при измене, и отвергнутый муж, страдая от неразделенной любви, пытается правдами и неправдами вернуть женщину, претерпевая в процессе изменение психики (читай раздвоение личности). Вторая половина книги получилась значительно интереснее. Все эти перевоплощения, попытки сделать то о чем мечта уже столько лет. Просто добиться своего герою стало неинтересно, и он отпустил прошлое, поразительно, насколько просто это оказалось. Марес полностью преобразился и в каком-то смысле умер для окружающих. Автор строит сюжет, постепенно завораживая читателя. Трагедия превращается в фарс, комедия оборачивается мелодрамой. Герои то напоминают марионеток, то актёров площадного балагана, то внезапно обретают облик простых людей, обыкновенных прохожих с абсолютно обыкновенных улиц. А вокруг кипят страсти. И где-то вдалеке звучат ритмы горячего фламенко...

Метаморфозы личности в художественной литературе

27. Мережковский, Дмитрий Сергеевич.
Превращение: новелла / Собрание сочинений : в 4 т. / Д.С. Мережковский. - М. : Правда, 1990 - . - (Библиотека "Огонек"). - Т.4 : Царство Зверя : трилогия : Ч.3 : 14 декабря ; Рождение богов (Тутанкамон на Крите) ; Итальянские новеллы ; Стихотворения / [сост., ред., авт. послесл. О. Н. Михайлов, авт. послесл. Е. Любимова]. - 1990. - 672 с. - Алф. указ.: с. 668. (Шифр худ./М52-940036)
Экземпляры: всего:2 - ЦРиПЧ(2)

Цикл Мережковского «Итальянские новеллы», соответствуя своему назва-нию, полностью пропитан духом Италии. Важно отметить, что не только стилизация под эпоху Возрождения является одним из главных составляющих данного сборника. Мережковский воссоздает историческую атмосферу, а также уделяет внимание роли таинственного и необъяснимого в жизни людей. Для данных новелл характерна несколько ироничная, свойственная уже XX в., тема романтического двоемирия, двойничества, неопределенности, стирания границ между реальным и воображаемым. Причем феномен двойничества к ХХ в. обрастает своими особенностями. Данный мотив проявляется в новелле Мережковского «Превращение»: розыгрыш друзей, решивших подшутить над Манетто Амманнатини, по прозвищу «Верзила», заставив последнего поверить в то, что он превратился в другого человека, постепенно стирает границу между реальностью и выдумкой: «сон сливался с действительностью, проникал в нее, смешивался, и невозможно было про-вести границы между тем, что было, и тем, что снилось». Мережковский соединяет историю и современность, вымысел и реальность, великолепные произведения искусства и бытовые ситуации. Все это необходимо для восполнения сакральной жажды синтеза, объединения языческого и христианского, телесного и духовного. Другой мотив, встречающийся в новелле «Превращение», – метаморфозы, мотив, важный для творчества другого раннего символиста – Ф. Сологуба. В его новеллах превращения показаны в разнообразных аспектах: они то приобретают анекдотический характер («Маленький человек»), то возводятся в рамки творимого чуда («Претворившая воду в вино»). Метаморфозы могут затрагивать тела, души («Очарование печали»), предметы материального мира («Снегурочка»). Но главным отличием превращений Сологуба от превращений Мережковского является то, что метаморфозы Сологуба носят истинно мистический характер, а пре-вращение «Верзилы» у Мережковского происходит в разуме героя и постепенно перемещается в объективную реальность: в конце концов, розыгрыш заставляет героя переселиться в Венгрию, а произошедшие события излечивают его от припадков меланхолии, что модифицирует характер метаморфозы. Простая шутка изменяет характер Верзилы к лучшему, что возводит данное превращение в рамки «чудесного». Любопытно, что преображение Верзилы происходит на фоне строительства величественного купола собора Мария дель Фьоре, что вводит в данном случае несколько ироничную параллель: «человек» – «храм». Так же, как и собор, человек в течение жизни развивается и изменяется. Как Верзила постепенно теряет свою мрачность и угрюмость, так и храм медленно, но верно обрастает украшениями, деталями, росписью и т.д.

Метаморфозы личности в художественной литературе

28. Набоков, Владимир Владимирович.
Защита Лужина : роман / В. В. Набоков. - СПб. : Азбука-классика, 2006. - 254 с. - (Шифр худ./Н141-073569)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

"Защита Лужина" - третий русский роман Владимира Набокова, составивший автору громкое литературное имя и выведший его в первый ряд писателей русского зарубежья. За перипетиями жизненной истории гениально одностороннего героя книги, одаренного и безумного русского шахматиста-эмигранта Александра Ивановича Лужина, читателю постепенно открывается постоянная и важнейшая тема набоковского творчества - развитие и повторение тайных тем в человеческой судьбе. Шахматная защита, разрабатываемая Лужиным, мало-помалу становится аллегорией защиты от самой жизни, в которой его травмированное болезнью сознание прозревает чьи-то зловещие действия, подобные шахматным ходам. В событийных повторах собственной биографии Лужин усматривает следствие роковых действий своего невидимого противника - судьбы, и, потерпев неудачу в попытках разгадать ее скрытые узоры, он выбирает единственно возможное решение - выход из игры...

Метаморфозы личности в художественной литературе

29. Овидий, Публий Назон.
Метаморфозы : пер. с лат. / П.Н. Овидий. - М. : АСТ ; Харьков : Фолио, 2000. - 534 с. : 4л.ил. - (Библиотека античной литературы). - (Шифр худ./О-315-941215)
Экземпляры: всего:3 - ЦРиПЧ(3)

«Имел он песен дивный дар и голос, шуму вод подобный» — так писал А. С. Пушкин о Публии Овидии Назоне, великом поэте «золотого века» римской литературы. Главное произведение Овидия «Метаморфозы», написанное с присущей поэту изысканностью слога, представляет собой своего рода мифологическую энциклопедию классической древности. Составленная из отдельных рассказов о превращениях (собственно метаморфозах), она вмещает бесконечное количество мифологических персонажей, исторических реалий, героизма, страстей, патетики, фантазий, причуд, игривости, остроумных ходов, иронии. Превращение является глубочайшей основой всякой первобытной мифологии. Но Овидий далеко не столь наивный рассказчик античных мифов, чтобы мотив превращения имел для него какое-нибудь случайное или непосредственное значение. Все эти бесконечные превращения, которым посвящены "Метаморфозы", возникающие на каждом шагу и образующие собой труднообозримое нагромождение, не продиктованы ли такими же бесконечными превратностями судьбы, которыми была полна римская история времен Овидия и от которых у него оставалось неизгладимое впечатление. С большой достоверностью можно допустить, что именно эта беспокойная и тревожная настроенность поэта, не видевшего нигде твердой точки опоры, заставила его и в области мифологии изображать по преимуществу разного рода превратности жизни, что принимало форму первобытного превращения.
Позднее это богатейшее собрание мифологических сюжетов, искусно объединенных в одну книгу, не раз становилось источником вдохновения для художников и поэтов, и потому «Метаморфозы» Овидия по праву относятся к произведениям, из которых «выросла» весомая часть мировой литературы.

Метаморфозы личности в художественной литературе

30. Орлов, Владимир Викторович.
Альтист Данилов : роман / В. В. Орлов. - М. : Ковчег ; М. : Сашко, 1994. - 447 с. - (Русская рулетка). - (Шифр худ./О-664-461667)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

«Альтист Данилов» — роман о вечных ценностях, о большой любви как основе творчества. В этом поэтическом и воздушном, как музыка, произведении переплелось все: и безудержный полет фантазии, и острая социальная сатира с реальными свидетельствами, пусть и недавней, нашей истории.
«…Роман Владимира Орлова «Альтист Данилов», написанный в жанре «фантастического реализма», вышел в 1980-х, наделал много шума и стал культовым. Его сравнивают с «Мастером и Маргаритой» - сатира на советский быт и бюрократию переплетается здесь с фантасмагорическими приключениями в иных мирах и философским сюжетом о сути музыки и обретении себя»… «Ламповая» история в духе советского магического реализма про поиски и обретение в себе Настоящего Художника, несмотря на то, что демоническая канцелярия против.
Владимир Данилов, демон на договоре, работает альтистом в Большом театре. Ему нравится его земная жизнь: занятия музыкой, посиделки с друзьями и прочая московская суета. Он даже встретил девушку своей мечты — лаборантку Наташу. Но одно обстоятельство тревожит его — демоническим судом ему назначено время «Ч». В томительном ожидании своей участи Данилов вынужден присматривать за лицейским товарищем Кармадоном, превратившимся в огромного синего быка, бегать по распоряжениям своей бывшей жены Клавдии и видеть, как он все больше превращается в человека… «Альтист Данилов» открывает собой цикл «Останкинских историй» Владимира Орлова (1936—2014) и является одним из ярчайших образцов советского магического реализма. Под тонкой сатирой скрываются вечные вопросы русской литературы о судьбе Творца, борьбе добра и зла и поисках истинного «я» в этом сложном мире.
Используя приемы фантастики и романтического реализма, писатель говорит о музыке, творчестве, о положении художника в обществе.

Метаморфозы личности в художественной литературе

31. Пелевин, Виктор Олегович.
Жизнь насекомых : романы / В.О. Пелевин. - М. : Вагриус, 1999. - 351 с. - (ВАГРИУС). - (Шифр худ./П246-725087)
Экземпляры: всего:2 - ЦРиПЧ(2)

Роман Виктора Олеговича Пелевина «Жизнь насекомых» (1993) построен на совмещении, наложении и противопоставлении смежных миров, существующих в сознании героев – они то люди, то насекомые. Переход героев из одного состояния, одного облика в другой осуществляется каждый раз иначе, чем предыдущий. Герои романа постоянно находятся в процессе познания себя – осознавая свою личность то как сторону, где доминирует восприятие своей сущности через призму человеческого мышления, то через инстинкты насекомого. Жизнь насекомых - это особый фантасмагорический мир, в котором самые заурядные явления постсоветской действительности предстают отражением вечных магических ритуалов. Мир, в котором люди-комары, люди-мотыльки и люди-скарабеи пытаются познать себя, но, раскрывая ложь, не приближаются к правде, а, умножая ложь, не удаляются от истины. Аллегория на человеческую жизнь, достигнутая путём её сопоставления с жизнью насекомых (очевидны параллели с пьесой Карла Чапека «Из жизни насекомых»). Выбранные автором персонажи являются типичными представителями общества начала 1990-х годов в России. Однако, этот факт сам по себе роли не играет, поскольку типажи весьма универсальны и адекватны для любого времени. В тексте есть отсылки к учению Карлоса Кастанеды, Марка Аврелия и буддизма. Посредством метаморфозы В. Пелевин создаёт определённый художественный тип личности, для которой традиционная ситуация нравственного выбора связана с испытанием на самотождественность. Мифологическая метаморфоза как деформация (лишение формы) становится метафорой авторского видения современного человека, его личности. Возвращение к «норме», обретение своего «я» оказывается невозможным, череда метаморфоз заводит героя максимально далеко от того, что он считал своей личностью, делает его безвозвратно другим и в идеале демонстрирует ему относительность всего сущего. Постоянством в таком случае обладает, как ни парадоксально, «текучесть» мира, его сущность – метаморфоза, возведённая в абсолют.

Метаморфозы личности в художественной литературе

31. Слонимский, Михаил Леонидович.
Антихристово причастие // Российские фантасмагории : русская советская проза 20-30-х годов / [сост. Л. Скворцова ; авт. предисл. В. Е. Ковский]. - Москва : Автор, 1992. - 535 с. - (Шифр худ./Р763-719742).
Экземпляры: всего:2 - ЦРиПЧ(2)

"Антихристово причастие" Михаила Слонимского — это повесть о духовно-нравственном выборе человека, о борьбе добра и зла в душе, о том, как легко поддаться искушению и потерять человечность. Она рассказывает о жизни в советской действительности, где, как считает автор, под маской благополучия скрывалась духовная пустота, а истинное призвание человека заглушалось. "Антихристово причастие" — это метафора, которая отражает, как человек может причаститься греху, забыв о высоких идеалах, и как легко поддаться соблазнам и нравственно пасть. Как мог, казалось бы, в притче Михаила Слонимского «Антихристово причастие» один персонаж поверить другому, пригласившему его в гости, что хозяин действительно будет угощать собравшихся за трапезой… жареной человечиной? Но ведь он верит, да так, что убедить его в розыгрыше невозможно. Автор вовсе не ставит своей целью изобразить клинический случай, напротив, он наделяет героя-рассказчика какой-то фанатичной внутренней правотой. Она исходит из ощущения, что людоедство для этих людей, в ситуации повседневного богохульства и безнравственности, вполне привычное дело.

Метаморфозы личности в художественной литературе

33. Сологуб, Федор Кузьмич.
Мелкий бес / Ф. К. Сологуб. - СПб. : Наука, 2004. - 890[6] с. : вкл. л. - (Литературные памятники). - (Шифр худ./С603-346710)
Экземпляры: всего:3 - ЦРиПЧ(3)

Для начала ХХ века "Мелкий бес" - это роман-шок. Маленький провинциальный городок начала ХХ века задыхается от скуки, мещанства и пошлости. Ничего не происходит, но тем явственнее ощущение угрозы. Что-то ДОЛЖНО случиться — и что-то случается. То ли медленно сходит с ума учитель словесности Передонов, то ли в городке начинается подлинный карнавал вырвавшейся на волю бесовщины... По свидетельствам друзей автора, редакторы журналов не решались его печатать, считая роман слишком рискованным: нечистая сила, намеки на различные извращения, главный герой, наделенный самыми отвратительными качествами, могли отпугнуть и возмутить "приличное общество". А сам автор, который долгих десять лет проработал учителем в русской провинции, писал: "Все анекдотическое, бытовое, психологическое о моем романе основано на очень точных наблюдениях, и я имел для моего романа достаточно "натуры" вокруг себя". Прошел целый век, но имя Сологуба, его произведения по-прежнему высоко оцениваются читателями, а герой "Мелкого беса" Передонов, уже ставший своего рода символом, и его мучитель - бес-недотыкомка все так же служат страшным предостережением человеку.

Метаморфозы личности в художественной литературе

34. Стивенсон, Роберт Льюис.
Странная история доктора Джекила и мистера Хайда : пер. с англ. / Р. Л. Стивенсон. - СПб. : Азбука-классика, 2006. - 316[3] с. - (Шифр худ./С80-922218)
Экземпляры: всего:2 - ЦРиПЧ(2)

Разговор о художественной литературе, в центре которой были бы учёные и наука, невозможен без научной фантастики. Произведение Стивенсона — из этой категории. А как там у человечества с пониманием своего собственного разума? С пониманием психологии личности? Повесть Роберта Льюиса Стивенсона была написана в 1886 году. Добрый добропорядочный доктор Джекил и его антипод — или двойник? — страшный мистер Хайд вдохновили многих постановщиков спектаклей, а затем и фильмов, показать свою историю-триллер. Идеи психоанализа были сформулированы лишь десятилетием позже, но персонаж Стивенсона «опережает время», открывая, что человеческая личность — сложносоставная структура, с «добрым» и «злым» проявлением. В результате неудачного эксперимента злобная составляющая личности доктора берёт верх над благопристойной и социально приемлемой. В XXI веке учёные приноровились гораздо лучше раскладывать человеческую личность по полочкам, но вновь и вновь мы сомневаемся: властны ли мы над собой?
Превращение в произведении происходит не магическим, не волшебным образом, а в результате научного эксперимента. Доктору Джекилу, при помощи химических препаратов, удается разделить свою сущность на две противоположные личности, одна из которых является олицетворением всех скрытых в душе пороков и безнравственных желаний, а вторая её противовесом.

Метаморфозы личности в художественной литературе

35. Стругацкий, Аркадий Натанович.
Отягощенные злом, или сорок лет спустя / За миллиард лет до конца света ; Второе нашествие марсиан ; Град обреченный ; Отягощенные злом, или сорок лет спустя : [художественная лит-ра] / А. Н. Стругацкий, Б. Н. Стругацкий ; [худож.: И. Блиох, В. Еремин]. - М. : Моск. рабочий, 1990. - 640 с. : вкл. л. - (Шифр худ./С870-811280)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

«Отягощённые злом, или Сорок лет спустя» — философский роман Аркадия и Бориса Стругацких, написанный в 1986—1988 годах, последнее большое произведение соавторов. Сюжет построен по принципу «роман в романе», обе сюжетные линии поданы через восприятие главных героев, существующих во многих сюжетных и пространственно-временных слоях. Рукопись «ОЗ», чьим формальным автором является астроном Сергей Манохин, повествует о пришествии в СССР конца 1980-х годов Демиурга, озабоченного судьбой созданного им мира. Ему служит пронырливый Агасфер Лукич и некоторые другие авторы проектов спасения мира, которых Демиург оставляет при себе. Наконец, именно Агасфер (в «Отягощённых злом» он — ещё и бессмертный апостол Иоанн Богослов, коллекционер человеческих душ, также побывавший у истоков ислама под именем Раххаль) приводит к Демиургу Человека с большой буквы — Георгия Анатольевича Носова. Во второй сюжетной линии события предстают из дневника ученика Г. А. Носова — Игоря Мытарина. Носов — великий педагог, практик и теоретик, возглавляющий элитный лицей в городе Ташлинск в первой трети XXI века, где отбирают и воспитывают людей, демонстрирующих педагогический талант. Директор лицея Георгий Анатольевич Носов, депутат, заслуженный учитель, член горсовета, известный человек, проповедует этическое учение, более христообразен, чем Демиург, а ученики его напоминают апостолов. Текст наполнен евангельскими аллюзиями, а повествование, связанное с фигурой Г. А. Носова («Га-Ноцри»), почти полностью помещено в дневник его ученика с говорящей фамилией Мытарин. Задача Носова — пестовать педагогическую элиту, делая из учеников воспитателей мира; поэтому он «терапевт Демиурга». Он учит ответственно относиться к своему делу, притом наставляет он в этом не только лицеистов, но и людей власти; учит постоянно работать и любить людей, даже если они безобразны, больны, источают злобу. Поэтому он отправляет своих лицеистов в больницы - ухаживать за умирающими и ассистировать при операциях, получать опыт «небрезгливой любви». По мысли Учителя, человечность превыше всех правил, а главные его требования — «понимание и милосердие». Неожиданно для городского начальства и даже собственных учеников он вступается за совершенно чуждую всем субкультуру, так называемую Флору (в которой опознаются хиппи), и, отстаивая свои идеалы, приносит себя в жертву разъярённой толпе. Роман вышел в перестроечную эпоху и был негативно оценён критиками, воспринявшими его как творческую неудачу: политический памфлет или парафраз булгаковского «Мастера и Маргариты». Исследователи XXI века подчёркивают непонятость романа современниками, его этапный характер для творчества Стругацких, так как «Отягощённые злом» целиком посвящены утопии и учительству как средствам спасения мира, отношениям власти и культуры.

Метаморфозы личности в художественной литературе

36. Уайльд, Оскар.
Портрет Дориана Грея : роман / Оскар Уайльд. - Санкт-Петербург : Азбука, 2014. - 312 с. - (Азбука-классика) - (Шифр 84/У139-501767)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

Оскар Уайльд - выдающийся английский писатель, которого еще при жизни называли апостолом эстетизма. Он любил и превозносил красоту - в искусстве, в наслаждениях и в молодости. Он, как никто, умел воплощать красоту в художественном слове, что сделало его произведения уникальным явлением в литературе. "Портрет Дориана Грея" - самое известное произведение Уайльда - сразу же по выходу в свет (1890) снискало скандальную славу, вызвало противоречивые оценки современников и вскоре стало литературным манифестом европейского эстетизма. Уайльд отвергал чопорную мораль своего века, но написал глубоко нравственную книгу, где Искусство мстит за попранную Красоту, преданную Любовь и поруганную Гармонию. ...От совершенной красоты Дориана Грея все вокруг без ума: художник Бэзил Холлуорд нарисовал его портрет, женщины вешаются ему на шею. Как тут не подпасть под влияние сэра Генри Уоттона? Этот циник и эстет становится "демоном" Дориана и помогает ему преодолеть муки совести, после чего Дориан перестает различать добро и зло. Любящую его девушку он бросает и доводит до смерти, а дальше его жизнь - череда бесконечных злодейств и преступлений. Только портрет напоминает ему о том, что ни один его проступок не останется безнаказанным. Лицо живого Дориана по-прежнему прекрасно - он обречен на вечную молодость. Но лицо на портрете с каждым новым злодейством становится все более обезображенным...

Метаморфозы личности в художественной литературе

37. Уэллс, Герберт Джордж.
Человек-невидимка : роман и рассказы : пер. с англ. / Г. Дж. Уэллс ; [авт. предисл. Ю. И. Кагарлицкий ; худож. А. Иткин]. - М. : Дет. лит., 1983. - 255 с. : ил., портр. ; 21 см. - (Шк. б-ка). - (Шифр худ./У981-862787)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

"Человек-невидимка" Герберта Уэллса — один из самых экранизируемых романов великого английского фантаста. Его современный взгляд на мироустройство как в сюжетном, так и философском отношении не потерял актуальности за 100 с лишним лет, прошедших со дня первой публикации, человеческие пороки и слабости не сильно изменились. Перед нами увлекательные приключения главного героя, безумного и гениального молодого физика, наивно возмечтавшего о мировом господстве. Поднимается вопрос ответственности ученого за свои открытия, способные принести миру как блага, так и беды. Что, если наука подарит человеку неслыханную свободу - свободу быть невидимым? И что, если эта свобода обернется проклятием?
Каково это - быть невидимым, когда кажется, что получил полную власть над людьми, когда кажется, что перед тобой лежит весь мир со всеми его богатствами? Как распорядится своим уникальным даром? И какова будет реакция людей, с которыми рано или поздно придётся столкнуться? "Человек-невидимка" Герберта Уэлса - классический научно-фантастический роман о том, как технологии вступают в конфликт с моралью, а формула невидимости становится не спасением, а приговором.

Метаморфозы личности в художественной литературе

38. Фаулз, Джон.
Коллекционер : [16+] / Джон Фаулз ; пер. с англ. Ирины Бессмертной ; отв. ред. М. Яновская. - Москва : Эксмо, 2023. - 412, [2] с. - (Шифр 84/Ф 282-988477535)
Экземпляры: всего:3 - ЦРиПЧ(3)

Дебютный роман Джона Фаулза "Коллекционер" не похож ни на другие книги автора, ни на другие произведения жанра "психологического детектива". Одинокий, недалекий и просто неприятный молодой человек неожиданно выигрывает огромную сумму денег в лотерею. Что он с ней сделает, особенно если учитывать его страсть к коллекционированию бабочек и тайную любовь к местной красавице? Фаулз переосмыслил в своей книге множество сюжетов, от мифа об Аиде и Персефоне, увидел в истории противостояния маньяка и его жертвы автор увидел шекспировскую "Бурю", противоборство Добра и Зла, примитивного обывателя и возвышенного художника, Любви, Смерти и Красоты. Клегг коллекционирует бабочек – он ловит их, убивает и кладет под стекло, чтобы "любоваться". Точно так же он "коллекционирует" Миранду. Для него она не человек, а предмет, редкий экспонат для его коллекции счастья. Он хочет обладать ее красотой, не понимая ее души. Он будет обращаться с ней по-джентльменски, их будут занимать одни и те же проблемы, одни и те же темы, но можно ли заставить понять другого силой? И так ли прекрасна и чиста окажется новая «бабочка»?

Метаморфозы личности в художественной литературе

39. Шварц, Евгений Львович.
Обыкновенное чудо ; Сказки : сказки и пьеса / Е. Л. Шварц ; [худож. Ю. Крупенков]. - М. : АСТ ; М. : Астрель, 2008. - 287, [1] с. ; 21 см. - (Внеклассное чтение). - (Шифр 84/Ш337-938239216)
Экземпляры: всего:1 - ЦРиПЧ(1)

«Я был медведем, проблем не знал, зачем людских кровей я стал?» Волшебная сказка со счастливым концом или трагическая фантазия о любви, смерти и жизни? Эта история вызывает больше вопросов, чем дает ответов. Жил-был волшебник, покуролесил, побродил по свету, но однажды женился, остепенился, занялся хозяйством. Забыл уже про бурную молодость, но все-таки не удержался. Встретив в лесу медведя, взял волшебную палочку, да и превратил его в прекрасного юношу, поставив условие, что тот снова станет медведем, если его поцелует принцесса. Что из этой шалости вышло, встретил ли медведь свою суженую? Стал ли волшебник таким, как все, обыкновенным смертным? И главное — существует ли такая любовь, которая всё прощает, всех исцелит? Или любовь — это сделка?


Ждём вас в Центре развития и поддержки чтения научной библиотеки САФУ
ул. См.Буян, д. 1, ауд. 402

Обновлено 11 марта 2026